Настроение сейчас - Пятничное

– Гражданин, предъявите ваши документы! – привычным движением отдав честь, сержант Синякин взглянул в глаза идущему мимо человеку с ярко выраженной «кавказской национальностью». Тот скромно потупился, глаза его забегали, словно бы он искал возможность убежать от милиционера. Поняв бесперспективность попыток, он протянул паспорт сержанту:
– Пожалуйста, уважаемый!
– Так-так-так, – с задумчивым выражением лица, Синякин принялся листать страницы мятого документа. – Сосо Иосифович Джаванидзе! Почему регистрация не продлена? Уже второй месяц, между прочим!
– Уважаемый, как раз сегодня шел, мамой клянусь!
– Хорошо! Не затягивайте с этим, гражданин Джаванидзе! Чтобы сегодня же продлили регистрацию!
Рука Сосо Иосифовича замерла в кармане, откуда он вытаскивал купюру в пятьсот рублей. Вместо этого, молча, глядя на милиционера полными ужаса и непонимания глазами, он забрал паспорт, сунул его в карман и, не видя ничего перед собой, побрел дальше – не помня, куда, собственно, направлялся…

– Бабуля! Куда тебя несет! Ну-ка, стой! – Синякин проворно подбежал к бабушке, которая поправляла очки (оба стекла были покрыты трещинами), стоя прямо на разделительной полосе. Та осторожно оглянулась по сторонам, но милиционера так и не увидела, пока он не ухватил ее под локоть. Бабуля вздрогнула, чуть не уронила очки, но тут же пришла в себя:
– Спасите, люди добрые, – заголосила старушка, – насилуют среди бела дня!
– Что вы, уважаемая, – удивился сержант. – Я просто хотел вам помочь перейти через дорогу! Не беспокойтесь, я сейчас остановлю движение – вот, у меня и палочка специальная, полосатая, с собой имеется.
– Молодой человек, неужели наша мэрия снова ввела должность городничего?!
– Ну что вы, бабушка, – сержант улыбнулся, – просто это обязанность каждого милиционера – оказывать помощь всем, кто в ней нуждается!
Синякин взмахнул рукой, машины остановились, и тут же над улицей разнесся протяжный гул сигналов – водители не могли взять в толк, ради чего милиционер остановил движение, а теперь аккуратно, поддерживая под руку, переводит бабушку – которая, к слову, выглядит совершенно ошарашенной, – через проезжую часть…

– Будьте добры ваши права и документы на машину, – Синякин отдал честь и пригнулся, заглядывая в окошко новехонького спортивного «Порша». Водитель – дородный детина полутора центнеров весом, с золотой цепью в руку взрослого человека толщиной вокруг шеи, – недоуменно воззрился на милиционера, и тут же его лицо начало покрываться красными пятнами предельного раздражения:
– Ты чего, муфлон мохнорылый, попутал чего-то? Ты вообще понял, кого ты остановил?!
– Успокойтесь, милейший, не надо так нервничать, – примирительно выставил перед собой ладонь сержант. – Вы превысили максимально допустимую скорость в городе на сто семнадцать километров. Спешите, видимо, куда-то – даже светофоров не замечаете?
– Э… Типа… И сколько я тебе… то есть, вам должен?
– Нисколько. Просто впредь будьте внимательнее и постарайтесь не нарушать скоростной режим. – Милиционер отдал честь, возвращая документы, и добавил: – У вас хорошая машина, – было бы жаль разбить ее из-за собственной невнимательности и неосторожности.
Широкоплечий водитель вытаращил глаза, машинально забрал протянутые ему документы и закрыл окно, слепо вперив взгляд в приборную панель, но долго еще сияющая хромом машина стола на месте, не реагируя на раздраженных водителей, объезжающих ее по другим полосам и сигналивших растерянному бизнесмену…

– Папа, почитай сказку на ночь, ну, пожалуйста! – Маленький Женя прыгал вокруг отца, еще не успевшего снять милицейскую форму. – Ты вчера так здорово читал, так интересно было, мы с Машкой почти сразу уснули!
– Хорошо, Женечка, обязательно. – Синякин устало потянулся и расстегнул портупею. – Сегодня я вам почитаю новый бестселлер: «Слепой – вор в законе: кровавая баня». А то вчера «Дядя Степа» как-то не пошел…